Главная страница
 Друзья сайта
 Обратная связь
 Поиск по сайту
 
 
 
 СерНа

Противофильтрационные завесы
 
 Вийон Франсуа
 
 Барбье Огюст
 Беранже Пьер-Жан
 Готье Теофиль
 Парни Эварист
 
 Бодлер Шарль
 Валери Поль
 Верлен Поль
 Верхарн Эмиль
 Жамм Франсис
 Луи Пьер
 Малларме Стефан
 Рембо Артюр
 Фор Поль
 
 Аполлинер Гийом
 Элюар Поль
 
 Кено Раймон
 Превер Жак
 Рибемон-Дессень Жорж
 Супо Филипп
 Шар Рене
 
 Арагон Луи
 Арто Антонен
 Боске Ален
 Брель Жак
 Гильвик Эжен
 Деснос Робер
 
 Золотая лира
 
 
  

Огюст Барбье


Медная лира

Только детям италийской
И германской стороны
Песни лириков слышны,
Трепетанье струн им близко,
А Британии сыны
Позабыли песен звуки:
Если струн коснутся руки,
Им в ответ начнет греметь
Только сумрачная медь.
Мать гармонии всемирной,
Полигимния, не лирный
Звон, а грубый лязг и вой
Породила в наши годы.
И гудят, гудят заводы
В устрашение природы
Гимн могучий, мировой.

Так обратитесь в слух, внимайте песне ветра,
Вы, дети стран других, и ты, Европа вся!
Фабричных городов клокочущие недра
Вздымают пыль столбом и расточают щедро
Кричащие людские голоса.
Рыданья долгие и вздохи к вам неся,
Гуляет по свету, бродяжничает ветер.
Так вот услышьте, все народы, и ответьте,
Найдется ль музыка на свете
Мрачнее этой и страшней?
Тысячеустая, - все молкнет рядом с ней.
Так мощен этот гул и так инструментован,
Что чуется в нем медь, мерещится чугун.
Как будто шпорами язвимый, неподкован,
Храпит и фыркает бесчисленный табун.
Как будто бык мычит, на привязи тоскуя,
В котлах бушует пар. Пустив струю густую,
Выталкивает он два поршня. И вослед
Колеса вертятся, и перебоев нет.
В невидимом для глаз, отчаянном круженье
Снует бесчисленных катушек хоровод.
Смертельный посвист их, змеиное их жженье
Все те же день и ночь - никто их не прервет.
Визг облаков сцепленных, железных лап объятья,
Зубчатых передач скрипенье в перекате,
Шум поршней, свист ремней и вечный гул окрест, -
Вот эта музыка, вот дьявольский оркестр,
В чьих звуках потонул стон чернолицых братьев,
Существ едва живых и видимых едва,
Глухие, вялые, чуть слышные слова:

Рабочий

Хозяин! Видишь, как я бледен,
Как после стольких лет труда
Спина согнулась, мозг изъеден, -
Мне нужен сон хоть иногда.
Измучен я дешевой платой.
За кружку пива, за рагу,
За блузу новую могу
На всякий труд пойти проклятый.
Пускай чахотка впереди,
Пускай огонь горит в груди,
Пускай хоть сотня лихорадок
В мозгу пылает ярче радуг,
Пускай умру, пускай жена
С детьми на смерть обречена,
Но в землю лечь со мной нельзя им,
Возьми же их себе, хозяин!

Дети

О мать, до чего наша жизнь тяжела!
Нам фабрика легкие с детства сожгла.
Мы вспомним деревню свою, умирая.
Ах, если б добраться до горного края,
До поля, где пахарь в сторонке глухой
Проходит по пашне со ржавой сохой.
Ах, если б пасти у холмистого склона
На травке зеленой овечьи стада!
Ах, как бы согрело нас солнце тогда,
И, вольно дыша у ложбины зеленой,
Сбежав от машины тупой, раскаленной,
Уснем, надышавшись душистой травой,
Уйдем мы, как овцы, в траву с головой.

Мать

Кричите, дети, плачьте! Долей черной
Униженные с самых малых лет,
Кричите, плачьте! На земле просторной
От века нам животные покорны,
Но и для них такого ига нет.
Придет ли срок корове отелиться,
Ее ведут в сухой и теплый хлев,
В хлеву солома чистая стелится,
Корова мирно ждет, отяжелев.
А я... Пускай набухнет грудь тугая,
Пускай ребенок, лоно раздвигая,
Рвет плоть мою! И часа не дадут!
Тобой навек машины завладели, -
Гляди, - их пасти пышут там и тут,
Следи, чтоб их ручищи не задели
Созданье божье в материнском теле!

Хозяин

Всем, кто не хочет знать труда,
Плохим работникам - беда!
Всем, кто не поспевает к сроку,
Всем, от кого мне мало проку,
Лентяям, лодырям, больным -
Беда! Не будет хлеба им.
Ни слез, ни жалоб, ни упрека!
Колеса в ход, и руки в ход!
Пускай работает завод.
Всех конкурентов разгоняя,
Все рынки мира наводняя, -
Хочу, чтоб ткань моя дрянная
Одела бы весь род людской,
А золото лилось рекой!

И снова этот гул крепчает миг от мига.
Котлы кипят и ждут, чтоб поршнями задвигать,
Как будто великан отплясывает джигу,
Вколачивая в мир два крепких каблука.
Раскачанный рычаг коснулся рычага -
И тысячи колес от гонки центробежной
Визжат пронзительно. И гибнут безнадежно
Людские голоса средь этой тьмы безбрежной,
Слабеют жалкие биения сердец,
Как с бурей бьющийся и тонущий пловец.

О, ни глухой раскат прибоев беспокойных,
Ни мощный вой собачьих свор,
Ни вздохи тяжкие седых верхушек хвойных,
Когда над бурей гнется бор,
Ни жалкий крик солдат, что в беспощадных войнах
Не встанут на последний сбор,
Ни в яви, ни в бреду нет голосов, достойных
В ужасный этот влиться хор.
Да! Ибо в этом трубном хоре,
В скрипичных голосах, настроенных не в лад,
Не оратория звучит, а черный ад.
Тут алчность черная и нищенское горе
Не могут спеться и кричат.

А вы, счастливые сыны благого края!
Вам музыка цветет, как роза, обагряя
Ярчайшим блеском утренние сны,
И дышит свежестью и сладостью весны.
Вас многие сочтут в сей жизни быстротечной
Толпой изнеженной, ленивой и беспечной
За то, что так легко, без скуки и невзгод,
Дыша амврозией и опьяняясь вечно,
Вы празднуете жизнь уже который год.
Вы, граждане Италии счастливой,
Красавцы кроткие, как мир ваш негой полн,
Как безмятежны очертанья волн!
Вам мир завидует ревнивый.
А северян одна гордыня леденит.
Пускай же целый мир бушует и звенит,
Пускай свои дары швыряет благосклонно
Ему Промышленность из урны златодонной!
Вас, дети бедности, она не соблазнит.
Зачем же вам менять богиню дорогую,
Возлюбленную вашу - на другую,
На ту, что утешать пытается, торгуя,
Но чаще бедами вселенную дарит,
Повсюду войнами гражданскими горит, -
Где ради пятака, под вой титанов злобных,
Один использует мильон себе подобных.

Перевод П. Антокольского


<<<Содержание
 
 
 
Лента новостей Избранные произведения Антология французской поэзии Художественная галерея